Согласно данным исследования, проведенного в 2007 году В.С. Новиковым, рыночная стоимость российской интеллектуальной собственности составляет около 220 – 250 млрд долл. США. Из них около трети не востребовано, стареет или утекает за рубеж. Оставшаяся часть наполовину представлена зарубежными патентами и товарными знаками, зарегистрированными в России, но принадлежащими иностранным компаниям. Соотношение создаваемых и охраняемых результатов научной деятельности в России и за рубежом далеко не в нашу пользу. В России к правовой охране представляется менее 10 % создаваемых результатов. Другой аспект защиты разработок отечественных специалистов – их зарубежное патентование. Зачастую результаты отечественных ученых в виде продукции зарубежных фирм начинают поставляться из-за рубежа в Россию, где они и созданы. В России отсутствует правовая база, которая пресекала бы подобного рода деятельность. Если американский изобретатель подаст заявку на изобретение за рубеж, а не в США, то он согласно закону несет уголовную ответственность – два года тюремного заключения и (или) штраф в размере 10 тыс. долл. США.

Валерий Владимирович Аллавердян

эксперт по инвестиционным проектам, оценке имущества и имущественных прав.

— Валерий Владимирович, часто приходится слышать о так называемом “инновационном пути” развития России, создании научно-технических кластеров, центров и т.д. По своей сути, все эти организации должны работать на создание «объектов интеллектуальной собственности (далее ОИС)» в виде технологий, патентов, ноу-хау. А объекты интеллектуальной собственности что-то стоят в денежном выражении. Их оценивают, покупают и продают. Какова сегодня ситуация на рынке купли-продажи ОИС в России?

— Говорить за «всю Россию» мне, ростовчанину, довольно сложно, но то, что касается «инновационного пути развития», – это миф, фикция.

К сожалению, об этом говорят либо люди несведущие, либо умышленно искажающие факты. Робкие попытки “коммерциализации” идей, ноу-хау, патентов в большинстве случаев с треском проваливались. Проваливались совсем не потому, что идеи были слишком плохи. И уж тем более не потому, что этой проблематикой занимались непрофессионалы. Причины этого гораздо глубже, хотя… как посмотреть. Приведу лишь несколько.

Одна из причин заключается в том, что с распадом СССР, Россия перестала быть технологическим центром, и уже на протяжении нескольких десятилетий идет тотальная деиндустриализация страны. Нужны ли изобретения (инновации) стране, где производств из года в год становится все меньше? Вопрос даже не риторический.

Другая причина, заключается в том, что любой продукт, произведенный в Китае или в странах Юго-восточной АзииЮ по своей себестоимости будет на 20, 40, 80 % дешевле, чем аналогичный продукт, произведенный в России. А если в текущих условиях российские предприятия неконкурентоспособны, то имеет ли смысл им тратиться на инновации, внедрение новых технологий и ноу-хау? Ответ очевиден! Эти вложения никогда не окупятся.

Как Вы правильно заметили, объекты интеллектуальной собственности, действительно «что-то стоят», но, как правило, покупаются-продаются лишь единицы. В основном это «товарные знаки», но у них несколько иная функция: они не являются «двигателем» научно-технического прогресса, они создают дополнительную добавленную стоимость и, как ОИС, их, иногда покупают и оценивают.

            Бывают, правда единичные случаи, когда продаются в основном торговые марки, как это было с брендом «Белая Березка». По мнению неназванных аналитиков:  «именно борьба за этот бренд мешала регате получить лицензию» («Город N», № 46 от 29.11.2011 г.) По неофициальной информации, стоимость сделки составила более $50 млн. Однако… это лишь единичные случаи.

— Расскажите, с какой целью оцениваются патенты, другие ОИС? Приходилось ли Вам этим заниматься?

— Как правило, при оценке ОИС преследуются 3 цели:

Первая – это банальное увеличение валюты баланса за счет строки “нематериальные активы”. Зачем? Просто…. показать рост, «развитие».

Вторая – это понты. Данная оценка не несет «коммерческой составляющей», ну разве, что на банкете вскользь упомянуть, что наш товарный знак стоит 10 млн.$ и эту цифру подтверждает некий документ, называемый отчетом об оценке. Или… если правообладатель собирается сдавать ОИС в аренду или продавать. Такие случаи крайне редки.

А вот третья цель – наиболее востребована. Это оценка ОИС с целью внесения в уставной капитал предприятия. Такая оценка особенно интересна тем, кто обладает неким «ноу-хау», обычно связанным с материальным производством, но не обладает финансами, чтобы реализовать данный проект.

В таких случаях, имея добротный бизнес-план и оценив этот ОИС, под него можно искать инвестора и, имея на руках отчет об оценке, войти в уставной капитал предприятия данным ноу-хау, как нематериальным активом. При этом можно претендовать на10-15% от доли уставного капитала.

Но ни для кого не секрет, что оценка ОИС у нас крайне редки. В моем портфеле заказов это 0,5 % от всех выполненных отчетов, и все отчеты были сделаны с целью «внесения в уставной капитал», т.е. для ИФНС.

— И как налоговая относится к такого рода процедуре?

— Вы знаете, очень ровно. Это не противоречит законодательству, да и своих проблем у них  хватает. К тому же оценка – отрасль очень специфическая. По сути – оценщик – это «адвокат стоимости». По факту, наши государственные структуры прилагают усилия по выдавливанию мелких фирм из оценочной деятельности. Последнее такое решение – это внесение поправки в статью 202 Уголовного кодекса, предусматривающей заключение оценщика на срок до 2 лет за ошибку на 100 тыс. руб. Хотя известные мэтры оценки писали ещё 10 лет назад, что по сложным объектам оценки, к которым кстати и относятся объекты интеллектуальной собственности, результаты оценки у разных специалистов могут расходится на десятки процентов.

— Можно ли сказать, что интерес к объектам ИС в стадии формирования? Есть ли интерес к ОИС со стороны крупных коммерческих структур?

— Насколько мне известно, коммерческие структуры крайне консервативны и говорить о каком-то повышенном интересе врят ли приходится. Рынка ОИС нет, и он даже не формируется. Но, с другой… местные изобретали ищут инвесторов под свои проекты. С одним таким случаем я недавно столкнулся. Мне предложили «поучаствовать» в проекте по продаже патента «блесны» (рыболовной снасти) за рубеж. Правообладатель патента хотел за него ни много ни мало $ 1 000 000. 

При этом, стоимость патента (его цена) не была ни чем обоснована, и в моем понимании, как специалиста по оценке стоимости имущества, была совсем неадекватна. Безусловно, он не найдет покупателя даже на сумму в 1000 раз меньшую.

— Почему?

—- По тому, что существует такая страна, как Китай, в которой рано или поздно найдется бизнесмен, который просто украдет идею той самой блесны (если она действительно представляет коммерческий интерес, в чем у меня большие сомнения). Сразу хочется отметить тот факт, что далеко не все изобретения имеют коммерческий потенциал.

Так вот, украдет он её бесплатно, очень цинично и без каких-либо последствий для себя и своего бизнеса. Зачем что-то покупать, когда есть возможность украсть?Это объективная реальность, на которую сложно каким-то образом повлиять.

Китай, в отличие от России, уже многие десятилетия активно использует в производстве чужие технологии. Он их просто ворует и, в большинстве случаев, не несет никакой ответственности, несмотря на обилие законов о защите оной.Механизмы, которые позволяют эффективно решать проблемы защиты интеллектуальной собственности на межгосударственном уровне крайне несовершенны. А если учесть тот факт, что технические системы развиваются по определенным законам, практически каждое техническое решение можно “улучшить и усовершенствовать”, а доказать что-то в суде крайне проблематично и достаточно дорого. Нужна серьёзная доказательная база.

Но судебные слушания идут, прецеденты есть. Например, корейцы ТАГАЗ обвинили в краже технологий. И ещё неизвестно, чем закончится эта история.[1]. Поэтому крупные корпорации, для показательных процессов выбирают жертву поскромнее. Гораздо проще завести уголовное дело на провинциального учителя А. Поносова за «использование нелицензионного программного продукта», который тоже является ОИС.

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять